Бабулины страсти

В душной деревенской бане пахло старым деревом, березовым веником и чем-то запретным. Шестидесятипятилетняя Маргарита Петровна, которую все звали просто бабуля Рита, сидела на полке абсолютно голая. Её большие тяжёлые груди с тёмными сосками тяжело лежали на мягком животе, а между полных бёдер блестела уже давно не бритая, но аккуратная щель.

Она смотрела, как её двадцатилетний внук Коля, красный от пара и стыда, пытается не смотреть на неё. Но его молодой толстый член уже предательски встал колом, натягивая тонкие трусы.

— Иди сюда, Коленька… — хрипло прошептала она, раздвигая толстые бёдра. — Бабушка уже вся мокрая. Давно никто не трогал эту старую пизду по-настоящему.

Коля дрожащей рукой стянул трусы. Его твёрдый, пульсирующий хуй с набухшей головкой качнулся перед её лицом. Рита жадно обхватила его горячими губами, глубоко заглатывая в горло, слюни текли по подбородку и капали на её огромные сиськи. Она чмокала, сосала, ласкала языком яйца, пока внук не начал стонать.

— Хватит, милый… Ложись. Бабушка хочет почувствовать, как молодой член разъёбывает её старую, но всё ещё узкую дырочку.

Она легла на спину, раздвинула жирные ляжки и пальцами раскрыла свои пухлые, мокрые половые губы. Коля вошёл в неё резко, одним толчком, утонув в горячей, обволакивающей влаге. Рита громко застонала, вцепившись ногтями в его спину.

— Еби бабушку сильнее… Глубже! Ох, как же я соскучилась по настоящей ебле…

Он долбил её жёстко, шлёпая яйцами по мокрой заднице, пока старая пизда не начала сильно сжиматься в оргазме. Маргарита кричала, её тело тряслось, из щели брызнула горячая струйка. Коля не выдержал и мощно кончил внутрь, заливая бабушкину матку густой молодой спермой.

Она лежала, тяжело дыша, с довольной улыбкой, чувствуя, как семя внука медленно вытекает из её удовлетворённой пизды.

Она лежала, тяжело дыша, с довольной улыбкой, чувствуя, как семя внука медленно вытекает из её удовлетворённой пизды. Горячая сперма смешалась с её соками и тонкой струйкой стекала по сморщенному анусу, капая на деревянный полок. Маргарита Петровна провела пальцами по своей разбухшей щели, зачерпнула густую смесь и поднесла к губам, медленно облизывая их с похотливым стоном.

— Ммм… Вкусно, Коленька. Молодая сперма всегда такая сладкая… — прошептала она, глядя на внука мутными от страсти глазами. Коля всё ещё стоял над ней, его толстый член, покрытый их общими соками, слегка подрагивал и не думал опадать.

Бабуля Рита перевернулась на четвереньки, широко расставив колени. Её огромная мягкая задница колыхнулась перед его лицом, а между ягодиц призывно блестела мокрая, только что выебанная пизда и тугой, чуть приоткрытый анус.

— Не думай, что всё закончилось, милый. Бабушка ещё не наелась. Давай теперь в эту старую дырочку… — Она сама потянулась назад, раздвинула свои толстые ягодицы и плюнула на сморщенный сфинктер. — Я давно не давала в жопу. Будь нежнее сначала, а потом еби как последнюю шлюху.

Коля схватил бабушку за бёдра, приставил набухшую головку к её анусу и медленно, но настойчиво начал проталкиваться внутрь. Рита зарычала от смеси боли и дикого удовольствия, её толстые сиськи качались под ней, соски тёрлись о горячое дерево. Когда он вошёл по самые яйца в тугую, горячую кишку, она выгнула спину и завыла:

— Ох, блядь… Как же глубоко… Еби бабушкину жопу, Коленька! Сильнее! Разъеби меня всю!

Он начал долбить её мощными толчками, шлёпая животом по мягкой заднице. Баня наполнилась влажными шлепками, стонами и грязными словами. Рита уже не сдерживалась, крича в голос и яростно насаживаясь на внуковский хуй, пока вторая волна оргазма не заставила её сжать анус так сильно, что Коля снова взорвался, заливая её прямую кишку густыми, горячими струями спермы.

Она обессиленно рухнула грудью на полок, задница всё ещё высоко задрана, а из широко раскрытого ануса густыми толчками вытекала белая сперма внука, стекая по её разбухшим половым губам и капая на деревянный настил. Рита тяжело дышала, тело её мелко подрагивало, жирные бёдра блестели от пота и соков.

— Ох, сука… Как же ты меня хорошо выебал, Коленька… — хрипло простонала она, сжимая и разжимая анус, выдавливая остатки спермы наружу. — Вся жопа в твоей молодой конче… Ммм, горячо внутри.

Коля, не давая ей отдышаться, вытащил ещё твёрдый, перепачканный член и провёл им по её щели, размазывая сперму от ануса до клитора. Бабушка Рита заурчала от удовольствия, сама потянулась рукой назад и обхватила его мокрый ствол, жадно дроча.

— Не останавливайся, милый… Бабушка хочет ещё. Поверни меня на спину и засади в пизду по самые яйца. Я хочу чувствовать, как ты меня снова наполняешь.

Он грубо перевернул её на спину, раздвинул толстые ноги в стороны и одним мощным толчком вошёл в её горячую, скользкую от спермы и соков пизду. Рита выгнулась дугой, вцепившись ногтями в его плечи, и громко застонала, когда толстая головка упёрлась ей в самую матку.

— Дааа! Вот так, глубже! Еби свою старую блядскую бабку! Наполни меня своей спермой ещё раз, Коленька… Я хочу выйти отсюда с текущей пиздой и жопой… Ох, блядь, как же мне это нравится!

Он долбил её яростно, шлёпая яйцами по мокрой промежности, пока баня снова не наполнилась её похотливыми криками и влажным чавканьем ебучей пизды. Маргарита Петровна уже не соображала, сколько раз кончила — тело её просто дрожало в непрерывном сладком аду удовольствия.

Коля рычал, вбиваясь в неё с животной яростью, чувствуя, как горячие стенки бабкиной пизды судорожно сжимают его толстый ствол. Каждый толчок заставлял её огромные сиськи тяжело шлёпать друг о друга, соски торчали твёрдыми вишнями, а жирный живот колыхался в такт. Рита закатывала глаза, рот был широко открыт, из него вырывались только хриплые, грязные стоны:

— Ещё! Глубже, внучек… Разъеби мне матку своей молодой хуёвиной! Я твоя старая спермоприёмница… Ох, блядь, как же сладко, когда ты меня так жестко пиздишь!

Он наклонился, схватил её за тяжёлые груди, сильно сжал и начал щипать соски, продолжая яростно долбить. Сперма из её ануса продолжала медленно вытекать, пачкая деревянный полок под ними. Рита вдруг резко напряглась, ноги её задрожали, и она завыла в голос, кончая так сильно, что из пизды брызнул горячий сквирт, обильно оросив Коле живот и бёдра.

— Аааааххх! Кончаюууу! Пиздец, как хорошо…

Не давая ей прийти в себя, Коля выдернул член, перевернул бабушку на бок и, прижав одно её толстое бедро к себе, снова вошёл — теперь под другим углом, ещё глубже. Рита только бессильно всхлипывала, её рука сама потянулась к разбухшему клитору и начала яростно его тереть. Баня наполнилась запахом пота, спермы и возбуждённой женской пизды. Коля чувствовал, что уже близок, яйца болезненно налились, а бабушка, словно читая его мысли, прохрипела:

— Кончай внутрь, милый… Залей бабкину пизду по самые края… Я хочу чувствовать, как твоя горячая сперма бьёт мне в матку… Пожалуйста, Коленька…