Уловка одноклассницы

После уроков Алина, моя стройная одноклассница с дерзкой улыбкой, неожиданно пригласила меня к себе домой якобы «помочь с домашкой». Я не смог отказаться от её короткой юбки и манящих глаз. В квартире она угостила меня чаем, и уже через пару минут мир поплыл. Я провалился в тяжёлый сон.

Очнулся я связанным на её кровати. Мои щёки горели от стыда: на мне было её грязное нижнее бельё — тесные кружевные трусики, которые врезались в мою кожу, и лифчик, едва прикрывающий грудь. Ткань пахла её кислыми выделениями и потом, облепляя яйца и член, который предательски встал. Алина стояла надо мной в одном чёрном боди, её гладкая пизда уже блестела от возбуждения.

— Теперь ты моя сучка в трусиках, — прошептала она и резко села мне на лицо. Её горячие, мокрые губки прижались к моему рту. Она начала тереться, заставляя мой язык нырять в её щель. Вскоре она задергалась, кончая мне прямо в глотку густой слизью. Не успел я проглотить, как горячая струя мочи хлынула мне в рот. — Пей, шлюшка, пей всё до капли, — приказала она, зажимая мне нос. Я захлёбывался, но глотал её тёплую мочу, чувствуя, как она наполняет желудок.

Алина не остановилась. Она надела страпон и долго ебла мою попку, пока я не начал стонать как блядь. Потом достала огромный шприц с густой спермой — видимо, накопленной заранее. Она медленно вводила его в мою растянутую дырку, накачивая литр за литром. Мой животик начал заметно округляться, словно я был беременной. Когда она закончила, она вставила толстую анальную пробку, плотно заткнув всё внутри. Я чувствовал, как сперма плещется во мне, давя на стенки.

Затем начался настоящий ад наслаждения. Она применила всё: зажимы на соски, порку ремнём по ягодицам сквозь её же колготки, заставляла нюхать и лизать её грязные трусы, чулки и лифчики. Она то душила меня своими трусиками, то заставляла дрочить свой член через её мокрые стринги, пока я не кончил прямо в них. Каждый оргазм она вытирала моим лицом, заставляя слизывать. Я был полностью сломан — униженный, переполненный спермой и её соками, одетый в её вонючее бельё, которое теперь стало моей второй кожей. Алина наклонилась и поцеловала меня в губы, полные её вкуса.

— Теперь ты будешь приходить после каждого урока, моя маленькая блядь в трусиках.

Я лежал на её кровати, тяжело дыша, с пробкой, глубоко засевшей в растянутой заднице, где теперь плескался целый литр чужой густой спермы. Живот слегка выпирал, словно я действительно был беременной сучкой, и каждое движение заставляло эту теплую тяжесть перекатываться внутри, надавливая на простату так, что мой член снова начал твердеть, натягивая мокрые от моего же спермо-слизистого оргазма кружевные трусики Алины. Она стояла рядом, всё ещё в чёрном боди, которое теперь было сдвинуто в сторону, открывая блестящую, покрасневшую после моих стараний пизду. Её пальцы лениво скользили по клитору, размазывая остатки соков.

— Смотри, как ты течёшь, шлюшка, — прошептала она с хищной улыбкой, наклоняясь ближе. Её дыхание обожгло мою щеку. — Эти трусики теперь пропитаны твоей спермой и моей мочой. Ты будешь носить их завтра в школу под формой. Без права снимать. Понял?

Я кивнул, не в силах выговорить ни слова. Горло всё ещё саднило от её мочи и густой смазки, которой она заставляла меня захлёбываться. Алина села мне на бёдра, чувствуя, как твёрдый страпон снова упирается в мою промежность. Она медленно провела ладонью по моему округлившемуся животу, нажимая чуть сильнее, и я застонал — сперма внутри зашевелилась, пробка едва удерживала давление.

— Хорошая девочка, — мурлыкнула она, стягивая с меня лифчик и проводя ногтями по чувствительным соскам. Зажимы всё ещё висели на них, и каждый рывок посылал острые вспышки боли прямо в член. Она наклонилась, захватила зубами один сосок вместе с зажимом и резко дёрнула. Я выгнулся, крича, но она тут же заткнула мне рот своими мокрыми трусиками, которые только что сняла.

— Лижи. Чувствуй, как вкусно твоя хозяйка кончала в них весь день.

Я послушно заработал языком, втягивая кислый, солоноватый вкус её выделений, пока она медленно расстёгивала боди и садилась на мой стоящий член. Её горячая, скользкая пизда обхватила меня туго, как будто хотела выдоить до последней капли. Она начала скакать, резко и глубоко, каждый раз ударяясь попкой о мои бёдра так, что пробка внутри меня вдавливалась сильнее. Сперма булькала, вытекая тонкой струйкой вокруг резиновой пробки, пачкая её простыни и мои ягодицы.

— Давай, сучка, кончай в меня, — рычала Алина, сжимая мои зажатые соски. — Наполни свою госпожу. А потом я заставлю тебя вылизать всё до последней капли из своей только что выебанной пизды.

Мои яйца напряглись, и я не удержался — горячие толчки спермы вырвались из меня прямо в её влажные глубины. Она закричала, содрогаясь в оргазме, её стенки сжимали мой член, выдавливая из меня всё. Когда она слезла, из её щели сразу потекла густая смесь — моя свежая сперма и её соки. Алина присела мне на лицо, раздвигая губки пальцами.

— Чистить, шлюха. Высоси всё, что ты в меня вылил. И не забудь — завтра после уроков ты снова здесь. В этих же трусиках. Полных твоей вчерашней кончи и моей мочи. Я буду проверять.

Я жадно приник к её пизде, заглатывая солоноватую смесь, чувствуя, как пробка в заднице пульсирует в такт каждому глотку. Мой живот всё ещё был полон её подарка, а разум — полностью сломлен. Я принадлежал ей. Каждой каплей, каждым стоном, каждой грязной секундой этого сладкого ада.

Я продолжал жадно высасывать из её пульсирующей пизды густую, тёплую смесь нашей спермы и её соков, языком проталкиваясь глубже, чтобы не пропустить ни капли. Алина тяжело дышала, медленно покачивая бёдрами, размазывая мокрые складки по моему лицу. Её пальцы крепко держали меня за волосы, не давая оторваться ни на секунду.

— Глубже, шлюшка… Вылижи свою хозяйку дочиста, — хрипло шептала она, сжимая бёдра вокруг моей головы. — Чувствуешь, как вкусно? Это теперь твоя единственная еда на сегодня.

Когда она наконец удовлетворилась, отодвинулась и встала, из её щели всё ещё медленно вытекала последняя густая капля, упавшая мне прямо на губы. Алина наклонилась, вытащила из моего рта свои мокрые трусики и вместо них запихнула свои — те самые, пропитанные моей спермой и её мочой.

— Надень. Прямо сейчас. И не снимай до завтрашнего вечера. Хочу, чтобы ты всю ночь чувствовал, как они липнут к твоему члену и яйцам.

Я послушно натянул скользкую, вонючую ткань на свой полутвёрдый, измазанный член. Трусики неприятно холодили кожу, но это только сильнее возбуждало. Алина тем временем подошла к шкафу, достала тонкий кожаный ошейник с маленьким замочком и металлическим колечком спереди. Не говоря ни слова, она застегнула его на моей шее, щёлкнув замком.

— Теперь ты официально моя личная ебучая сучка, — произнесла она с довольной улыбкой, проводя пальцем по ошейнику. — Завтра в школе будешь ходить в этих трусиках, с пробкой в жопе и ошейником под формой. Если кто-то заметит — скажешь, что это новый стиль. А вечером вернёшься сюда и будешь умолять меня выебать тебя ещё сильнее.

Она резко хлопнула меня по животу, заставив сперму внутри снова перекатиться. Я застонал в её трусики, которые теперь плотно обхватывали мой рот. Алина легла рядом, прижалась горячим телом и запустила руку мне между ног, лениво поглаживая мой член сквозь мокрую ткань.

— А сейчас спи, моя грязная девочка. Завтра у тебя тяжёлый день. И не вздумай кончать без моего разрешения. Иначе я заставлю тебя вылизать всю школу… языком.

Её пальцы продолжали медленно дразнить меня, пока я лежал, полный чужой спермы, в ошейнике и пропитанных её запахом трусиках, полностью сломленный и безумно возбуждённый. Я знал, что это только начало.

Я лежал неподвижно, чувствуя, как её пальцы медленно скользят по натянутой ткани трусиков, то сжимая головку члена, то слегка царапая ноготками набухшие яйца. Каждый вдох наполнял лёгкие густым, солоноватым запахом её мочи, моей спермы и её возбуждённой киски. Ошейник плотно обхватывал шею, напоминая о новом статусе — я теперь не просто её парень, я её личная, безотказная сучка.

Алина прижалась губами к моему уху, горячо дыша:

— Чувствуешь, как они липнут? Как моя сперма и моча пропитали каждую ниточку и теперь трутся о твой жалкий стояк? Завтра ты будешь сидеть на уроках, а эта мокрая тряпка будет постоянно напоминать тебе, кому теперь принадлежит твоя дырочка и твой язычок.

Её пальцы сильнее сдавили мой член сквозь ткань, заставив меня выгнуться и тихо заскулить. Я уже был на грани, но знал — кончить без разрешения нельзя. Она это почувствовала и резко убрала руку, шлёпнув меня по мокрым трусикам.

— Не смей. Я сказала — спи.

Но сон не шёл. Всю ночь я лежал в полудрёме, ощущая, как пробка внутри меня слегка шевелится при каждом движении, как ошейник натирает кожу, а трусики холодной липкой массой обволакивают мошонку и член. Алина спала спокойно, иногда во сне проводя ладонью по моему телу, словно проверяя свою собственность.

Утром она проснулась первой. Резко села, потянулась и сразу же запустила руку мне между ног, проверяя, насколько промокла ткань за ночь.

— Ммм, хорошая девочка… уже весь в предсперме. Вставай. Пора вставлять пробку побольше.

Она вытащила из ящика новую, толстую анальную пробку с ярко-красным камешком на конце и щедро смазала её слюнями. Затем заставила меня встать на четвереньки, стянула трусики до колен и медленно, но настойчиво начала вталкивать толстый силиконовый ствол в мою уже смазанную спермой жопу.

— Расслабься, шлюшка… вот так, глубже… Чувствуешь, как она растягивает твою грязную дырочку? Сегодня весь день она будет сидеть в тебе, пока ты ходишь по школе в моих вонючих трусиках и ошейнике. А после уроков вернёшься и первым делом встанешь на колени и вылижешь мне задницу, пока я буду решать, как сильно сегодня тебя отъебу…

Пробка наконец встала на место, плотно заполнив меня. Алина вернула трусики на место, хлопнула по попе и поцеловала в губы, глубоко засунув язык мне в рот.

— Иди. И помни — ты моя. Каждый шаг, каждое движение — это я внутри тебя.